В 2026 году Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации отмечает значимую дату – 10‑летие со дня образования Росгвардии. В преддверии юбилея мы подготовили интервью с одним из тех, кто каждый день стоит на страже безопасности и правопорядка.

Ян Ядаев – капитан Росгвардии, уроженец древнего Дербента, представитель одного из коренных народов Кавказа – горских евреев. В эксклюзивном интервью он рассказал о том, как интернациональное детство в самом многонациональном городе России повлияло на его характер, почему правоохранитель должен быть философом, и какие качества обязательно должны быть у офицера.

— Ян, вы родились и выросли в Дербенте – одном из древнейших многонациональных городов России. Расскажите о своей семье. Кто были ваши родители, чем занимались? Сохранились ли в вашем доме горско-еврейские традиции, язык?

— Моя семья – это корни. Папа работал директором в Дербентском Доме моды, мама – участковый врач-терапевт, которая до сих пор трудится в городской поликлинике. Именно она привила мне любовь к порядку и дисциплине, хотя тогда, в детстве, я этого, конечно, не осознавал. Дома мы всегда говорили на русском, это язык межнационального общения, но нашу речь я слышал регулярно – от родственников, от соседей. Традиции в семье – это прежде всего уважение к старшим и невероятное гостеприимство. Даже сейчас, когда мама накрывает на стол, в доме обязательно будут национальные блюда, которые готовили еще наши бабушки. Это не просто еда, это связь поколений.

— Дербент – город с особой атмосферой. Как детство в этом месте повлияло на ваше мировоззрение, отношение к людям разных национальностей?

— Знаете, в Дербенте вопрос национальности никогда не стоял остро. Мы росли бок о бок: таты, лезгины, азербайджанцы, армяне, русские… Мы играли в одном дворе, ходили в один класс. Когда рядом с тобой с детства люди с разным цветом глаз, разными традициями, но общими интересами, ты перестаешь делить мир на «своих» и «чужих» по национальному признаку. Ты оцениваешь человека по поступкам. Дербент – это вообще отдельная вселенная. Его крепость, его возраст – когда живешь в городе, которому две тысячи лет, по-другому ощущаешь время и ответственность перед теми, кто жил здесь до тебя.

— Когда впервые появилась мысль о службе в правоохранительных органах? Это была семейная традиция или личный осознанный выбор?

— В нашей семье не было профессиональных военных или милиционеров. Но было чувство долга. Наверное, это пришло с возрастом. В юности хочется романтики, подвигов. А потом приходит понимание, что защита – это не всегда красиво, это часто буднично и тяжело. Я выбирал сознательно, когда понял, что хочу не просто работать, а служить. Для парня с Кавказа это очень органичный путь – быть защитником. Просто масштаб меняется: защищаешь не только дом и семью, но и страну.

— Вы учились в вузе МВД России. Вспомните студенческие годы: было ли трудно, какие предметы давались легче, какие преподаватели запомнились? Что было самым сложным в тот период?

— Учеба в ведомственном вузе – это отдельная школа жизни. Там нет понятия «студент» в обывательском смысле, ты уже почти на службе. Сложнее всего было смириться с жесткой дисциплиной 24/7. Встал не так, пошел не так – и вот ты уже бежишь кросс с полной выкладкой. Легче давались, как ни странно, юридические предметы. Наверное, потому что у нас в крови есть какая-то тяга к справедливости. Запомнились преподаватели-практики, те, кто не просто читал лекции по учебнику, а рассказывал реальные случаи из жизни. Они учили нас не столько стрелять, сколько думать. Офицер без головы – это просто человек с оружием.

— Капитан Росгвардии – это серьезное звание. Расскажите о своем обычном рабочем дне. Есть ли вообще понятие «обычный день» в вашей профессии?

— Обычного дня нет. Есть распорядок дня, но реальность в него вносит коррективы. Мой день начинается рано. Подъем, развод, совещание, постановка задач. Кто-то уходит на маршруты, кто-то на охрану объектов, а кто-то остается работать с номенклатурой и сервисом электронного делопроизводства. В зоне моей ответственности как юрисконсульта – обеспечение проставления правовой экспертизы на договорах, приказах, служебных проверках. Также обеспечение юридической помощи, консультирование личного состава подразделения.

— Что самое сложное в службе – физические нагрузки, психологическое давление или ответственность за чужие жизни?

— Самое сложное – психология. Физически организм восстанавливается, если тренирован. А вот видеть чужую боль, принимать решения, от которых зависят жизни, и при этом оставаться человеком – вот что тяжело. Ответственность – это груз, который ты несешь постоянно, даже когда спишь. Как восстанавливаюсь? Стараюсь отключаться. Мне помогает семья, помогает Дербент. Прийти на берег моря, побыть в тишине, поехать на природу или на охоту – это вообще лучшая перезагрузка.

— Вы служите в многонациональном регионе. Помогает ли знание культуры в понимании менталитета? Есть ли ощущение, что выходцы с Кавказа по-особому проявляют себя в силовых структурах?

— Знание культуры и языка – это ключ. Когда ты понимаешь, почему человек поступает так, а не иначе, ты можешь предугадать его действия, успокоить его. Кавказское воспитание – это определенный кодекс чести. Для нас слово «мужчина» и слово «ответственность» – синонимы. Поэтому в силовых структурах наши ребята действительно чувствуют себя «в своей тарелке». Мы с детства впитали уважение к старшим, готовность защитить слабого, умение держать удар.

— Как земляки, друзья детства относятся к тому, что вы стали офицером?

— С уважением. Это важно. В Дербенте, да и в любом дагестанском селе, офицер – это не просто работа, это социальный статус. Для моих друзей я остался тем же Яном, с которым они играли в баскетбол. Но когда они говорят «наш друг – офицер», в их голосе звучит гордость. Я это чувствую, и это придает сил.

— Офицерская служба – это ненормированный график, риски, переезды. Как к этому относится ваша семья? Кто вас ждет дома?

— Дома меня ждет моя супруга. Она не связана со службой, она занимается бытом и воспитаем наших детей. Познакомились мы случайно, но как будто всю жизнь друг друга знали. Сначала, конечно, было непросто. Она не понимала, почему меня могут вызвать среди ночи, почему я могу пропасть на сутки. Но она приняла мою профессию. Это подвиг – быть женой офицера. У нас есть трое детей и для меня они – главная причина быть сильным. Я не требую от них продолжать династию, это их выбор. Но если решат – буду только рад. Свободное время проводим только вместе. Стараемся гулять по старому городу, ходим к морю. Я хочу, чтобы у них остались такие же теплые воспоминания о Дербенте, как у меня.

— Поддерживаете ли связь с родственниками, земляками? Участвуете ли в жизни татской общины?

— Обязательно. Корни забывать нельзя. Я поддерживаю связь с общиной, насколько позволяет служба. Мы стараемся помогать друг другу, участвуем в памятных мероприятиях. Татов мало, но мы – часть большой дагестанской семьи.

— Какие качества обязательно должны быть у офицера Росгвардии? Если бы не служба, кем бы вы могли стать?

— Честь, достоинство, профессионализм и человечность. Звучит пафосно, но это так. Без человечности ты сломаешься или озлобишься. В детстве, как и многие мальчишки, мечтал быть космонавтом. Потом, в юности, нравилась история и естествознание. Физика, геометрия и литература – были любимыми предметами в школе.

— Что для вас значит слово «Родина»?

— Для меня Родина – это запах моря в Дербенте, это голос мамы, это лица моих детей. Это очень конкретное понятие. Но это и огромная Россия, частью которой я себя ощущаю. Моя Родина – там, где я нужен и где меня ждут. Мечта? Непрофессиональная? Хочу, чтобы в моем городе всегда был мир. Чтобы мои дети и внуки гуляли по тем же улицам, где гулял я, и не боялись. Для себя хочу построить большой дом своими руками. Самый обычный дом, где будет собираться вся большая семья.

— Вы уже многого достигли: офицерское звание, уважение коллег, семья. Что дальше?

— Достигнуто немного. Звание – это не вершина, это ступень. Дальше – просто продолжать служить. Честно. Качественно. Защищать тех, кто не может защитить себя сам. И быть примером для молодых ребят, которые только приходят на службу. Высоты, которые я хочу покорить – это высоты профессионального мастерства и духа. И хочется просто жить в мире. Надеюсь, это желание у нас у всех общее.

Светлана ОГАНОВА